Scientific journal
Advances in current natural sciences
ISSN 1681-7494
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,791

Общей чертой большинства аксиолого-правовых исследований является понимание нравственно-правовых ценностей как социально обусловленных потребностей, рассмотрение их как детерминированных социально-историческими, экономическими причинами.

Менее часто предпринимаются исследования духовно-ценностной взаимосвязи нравственности и права, причем не на социально-нормативном, а на более глубинном, духовном, сущностном уровне. К таким работам следует отмести монографии Г.В. Мальцева, Е.А. Лукашевой. А.И. Экимова.

Оценивая состояние теоретических исследований взаимосвязи и взаимодействия морали и права в современных источниках, следует отметить то, что в большинстве своем авторы ограничиваются констатацией их различия или взаимосвязи на уровне социальном, как бы «изнутри» права и морали. Действительное различие может быть найдено только в том случае, если выйдем за пределы конкретной нормы к общечеловеческим началам, которые своими духовными корнями уходят в глубины личностного выбора людей.

Нравственность и право являются ценностными формами сознания и обладают ценностным единством: в основе своей они имеют проявление свободной воли индивида и обращены к его ответственности за свои действия; идея справедливости воплощается и в нравственности и в праве. Нравственность и право всегда, предстают как два функционально противопоставляемых вида социальности, которые независимы, суверенны.

Любой объект человеческих потребностей отражается и осваивается при помощи всех имеющихся у субъекта возможностей, что проявляется  в механизме социальной активности. В таком случае взаимоотношения нравственности и права - это вопрос взаимосвязи различных типов ценностей. Этические измерения универсальны: они связаны с формированием основополагающих для человека мировоззренческих ценностей. В силу этого нравственность  можно расценивать как неизбежное условие формирования права и даже органическую его составляющую.

Мы полагаем, что мораль и право находятся в отношениях взаимодополнительности. Такое видение  предполагает: а) ценностное единство  нравственности  и  права - оба  феномена являются универсальными всеобщими формами выражения и воплощения свободы, справедливости, равенства, гуманизма в поведении людей;  б) самостоятельность категорий, механизмов, средств, форм, методов, присущих обеим ценностным формам регулирований;  в) отличие в содержании свободы, справедливости, равенства как нравственных и правовых ценностей, обусловленное специфичностью каждой из универсальных форм: нравственность содержит аксиологический максимум - абсолют, право - необходимый и достаточный минимум;  г) глубокую соотнесённость морали и права, их внутреннюю корреляция; д) нравственность выступает ценностным критерием права, в силу «неосмыслимости» нравственности из мировоззрения личности.

В аксиологическом аспекте право и нравственность различаются способами постижения ценностей, Имеются в виду способность простого усмотрения ценностей и способность их более или менее глубокого переживания. Возможны различные степени адеквации   ценностей,  начиная  с поверхностного  признания  ценностных свойств какой-либо данности и кончая полным погружением в нее. Существу права более свойственен интеллектуальный момент, чем существу нравственности. Особенность чисто правового отношения к ценностям выражается через понятие «признания», т.е. особого отношения к ценностям - сводящегося к установлению особого интеллектуального общения с ними. И право и нравственность есть явление должного, но, представляется, что первое есть должное на уровне массового поведения, второе - должное на уровне, прежде всего, индивидуального.

Следует констатировать, что любая попытка отменить право, полагаясь во всём на нравственность и, проводя её последовательно в жизнь, приводит к разрушительным результатам. Формальный, жесткий мир права, с присущим ему непосвященный взгляд подрывает начала свободы и любви, образующие основу нравственной жизни. Контроверсия морального экстремизма - фетишизация права,  как самодовлеющего и самоуправляющегося явления. На этом пути самодостаточное право перерастает в средство подавления и насилия. А.И. Солженицын  в статье «Как нам обустроить Россию» писал: «Чистая атмосфера общества, увы, не может быть создана юридическими законами».

Реалии реформенного периода, построения правового государства, формирования гражданского общества требуют осмысления архитектоники духовного мира человека, права и нравственности, чтобы предусмотреть близкие и дальние последствия принимаемых законодателем решений, знать, как могут отреагировать духовные, иррациональные факторы. Высшая цель права - служить добру. Первоначально правовые нормы были введены для обуздания внешних проявлений злой воли, но ошибка думать, что этим исчерпывается назначение права.

А.А. Гусейнов обоснованно заметил, что ненасильственный путь, будучи предпочтительным с моральной точки зрения, вместе с тем является и более эффективным с точки зрения решения поставленных задач. [Современный философский словарь.  - М.: Энциклопедия, 1998. - С.86].  И это справедливо. Юридическое начало содержит в себе насилие в снятом виде, в виде угрозы, через обеспечение, в том числе государственным принуждением. Наукой давно установлено, что сфера подсознания человека оказывает сопротивление всякому внешнему императиву, исходящему от сознания и опосредованному волей. Выход из ситуации возможен с помощью сублимации подсознания к высшим ценностям, в преображении его с помощью образов, которые несут высшие ценности. Такая сублимация возможна только на основе свободного принятия ценностей, а свободный выбор и принятие осуществляются на основе призыва, но не насилия.

Какие ценности сублимируют указанный эффект в правовом сознании личности? Представляется, что это нравственно-правовые ценности, но в праве они присутствуют в своем минимально возможном и необходимом воплощении, для того, чтобы «мир до времени не превратился в ад». Уместно вспомнить мысль Б.П. Вышеславцева о том, что закон не созидает жизни, напротив, вера, жизнь, история - созидают закон. Ценность права высока, но не абсолютна. Абсолютна ценность свободы, справедливости и равенства.

Аргументы в защиту права как необходимой и достаточной меры нравственности приводят к мысли о единстве высших нравственных и правовых ценностей. Высшая ценность, воплощающаяся и в нравственности и в праве - это свобода.

Право является логической и исторической ступенью развития духа. Если право возникает непосредственно из религии, оно устанавливается посредством силы и приобретает форму позитивного права (индусское право, мусульманское, каноническое право). Если же религиозные нормы конденсируются в виде морали, а из морали возникает право, то перед тем, как оформиться в позитивное право, оно проявляется в виде естественного права - то есть в виде минимума требований морали (римское право). Если же мораль естественным путем превращается в обычай, то право возникает из обычая, приобретая форму «живого» права (обычное право, англосаксонское право).

Таким образом, обнаруживается, что в основе единства нравственности и права лежат одни и те же абсолютные ценности, воплощаясь в виде идей, идеалов, принципов, норм. Согласно нашей концепции, названные ценности первоначально воспринимаются, осваиваются и выражаются в нравственном ценностно-нормативном регулировании, а затем воспринимаются и осваиваются правом. Но, поскольку, во-первых, право есть самостоятельный и специфический регулятор, а, во-вторых, право выражает лишь минимальные требования нравственности, можно предположить, что воплощенные в обоих регуляторах ценности - свобода, справедливость, равенство - приобретают отличные черты. Право и нравственность можно представить как различные проекции воплощения    свободы,    справедливости,    равенства.   

В Конституции РФ закреплено положение о высшей ценности прав и свобод и человека. Права и свободы человека - категория естественного права. Учитывая «эффект снесения», осмысливать права и свободы человека следует, апеллируя к представлениям о свободе, справедливости, равенстве на уровне нравственности, поскольку там содержатся максима. В этом случае реально осуществить правовой минимум (необходимую и достаточную меру). Естественное право есть момент «встречи», взаимодействия нравственности и права, где оба ценностных регулятора находятся в согласии с требованиями справедливости, свободы, равенства, гуманизма.

Однако, для претворения свободы в праве необходимо условие - признание свободы другой такой же личности, так как их свободы, в конечном счете, взаимно обусловлены. Это отражается в ст. 1 Всеобщей декларации прав человека: «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах». Этот принцип имеет всеобщий характер в силу всеобщего значения личности.

В ст. 29 Всеобщей декларации прав и свобод человека говорится об ограничениях с целью «удовлетворения справедливых требований морали». Подобные позиции включены в российское законодательство: ч.2, ст.3 Федерального закона РФ «О свободе совести и религиозных объединениях» говорит об ограничении прав человека на свободу совести и вероисповедания только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности.