Научный журнал
Успехи современного естествознания
ISSN 1681-7494
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,736

ТАНЦЕВАЛЬНО - ДВИГАТЕЛЬНАЯ ТЕРАПИЯ

Жаворонкова И.А. Некрасов А.С.
В статье Жаворонковой И.А. и Некрасова А.С. «Танцевально-двигательная терапия» танец рассматривается не только как социокультурное, но и как социально-психологическое и психофизиологическое явление, как форма невер¬бальной коммуникации и самовыражения. Это приводит к возникновению нового психиатрического направления - танцевальной психотерапии, где танец используется как способ лечения. В статье анализируются основные этапы этого направления.
В начале XX века формируется особое направление в медицине - танцевальная психотерапия. Танец начинает рассматриваться как явление психики, проявляющееся через экспрессию.

Работы В. Райха, А. Лоуэнома, Ф. Александера рассматривают личность в соотношении с её телесной организацией, на основании чего делаются выводы о том, что: 1) телесные движения отражают внутренние эмоциональные состояния, лично­стные особенности и историю развития человека; 2) изменения в двигательном поведении могут привести к изменениям в психике, способствуя здоровью и личностному росту.

Система форм усилий Р. Лабана оказала большое влияние на раз­витие телесной психотерапии, танцевальной психотерапии и хореографии и позволила анализировать двигательное поведе­ние человека с точки зрения 4-х факторов (пространства, времени, силы и течения) и на этой основе строить программу его развития.

В результате этих исследований танец начал рассматриваться не только как социокультурное явление, но и как социально-психологическое и психофизиологическое - как форма невербальной коммуникации и самовыражения. Всё это привело к возникновению в США в конце 1940-х гг. нового психиатрического направления - танцевальной психотерапии, где танец использовался как способ лечения психиатрических больных с так называемым «во­енным неврозом».

Несколько позже танцеваль­ная психотерапия стала применяться и при работе с нормальными и невротичными клиентами. Первыми танцевальными пси­хотерапевтами были профессиональные танцоры, поэтому появление самой теории танцевальной психотерапии относится только к концу 1950-х годов и первоначально отличалось эклектичностью. В связи с тем, что каждый из психотерапевтов шёл своим путём в современной танцевальной терапии была недостаточно развита исследовательская практика. К 2000 г. а Американской ассоциации танцевальной терапии уже было более тысячи членов, хотя здесь всё ещё существовал не­достаток систематических исследований.

В это время профес­сиональной танцовщицей Мэрион Чейз, которую называли «первой леди» танцевальной психотерапии, были разработаны такие основные понятия: «кинестетическая эмпатия» (эмпатическое принятие партнера путем отзеркаливания его движе­ний) и «ритмическая групповая активность» (совместное движение группы под единый ритм). Поз­же эти понятия легли в основу двух основных методов танцевальной психотерапии. У М. Чейз был талант контактировать с замкнутыми па­циентами и пробуждать их жизненную энергию. Основным умением танцевального психотерапевта, как учила М. Чейз, является его инстинктивная радость от движения, только тогда он сможет передать, «заразить» ею клиента, а основной его целью является поощрять клиента дви­гать своё тело.

Последовательница М. Чейз, Труда Шоуп сосредоточила свою психотерапевтическую работу на спонтанном, катарсическом высвобождении сдерживаемых чувств в танце и исследовании скрытых конфликтов, которые были источ­никами психического и физического напряжения. Она утверждала: любой внутренний опыт находит полную реализацию в теле, и любое телесное переживание влияет на внутреннее самоощущение.

Под влиянием работ К. Юнга Мэри Уайтхаус начинает анализировать процессы бессознательного, используя технику «активного воображения» и понятие «архетипического движения». Она считала, что танец - это путь к бессознательным переживаниям личности; выраженные в танце, они становятся доступными для катарсического высво­бождения и анализа. Целью терапевта является помощь клиенту в поисках «подлинного движения», которое есть проявление Само­сти (по К. Юнгу, самость - регулирующий центр психики и в то же время целое психики. Самость никогда не может быть полнос­тью схвачена сознанием. Опыт самости и непрерывный процесс самореализации являются целью индивидуации).

Теория К. Юнга оказалась очень продуктивной для танцевальной психотерапии. Ее взяли на вооружение такие танцевальные психотерапевты «второй волны», как Пенни Левис, Кэролин Грант Фэй, Джо­ан Чодороу. В 1999 г. Д. Мак-Нили объясняет такую легкую адап­тацию теории Юнга к танцевальной психотерапии тем, что она «не антителесная, она является проводником к телу» [1, 47]. Кроме того, сам Юнг использовал танец как прямое выражение бессознательного в активном воображении и как «вытанцовыва­ние снов».

Под влиянием индивидуальной психологии А. Адлера Л. Эспенак строит теорию своей танцевальной психотерапии, а на основе теории психосексуального развития 3. Фрейда развивает свою теорию Е. Сейгел. В конце 1950-х гг. в США были созданы первые обучаю­щие программы, разработанные М. Чейз, Б. Эван, Т. Шоуп, М. Уай­тхаус, Л. Эспенак. Но только в 1966 г. была учреждена Американская ассоциа­ция танцевальной психотерапии (ADTA), которая рассматривает танцевальную психотерапию как целенаправленное использование любых аспектов танца для помощи в физической и психической интегра­ции личности.

Особое развитие в танцевальной психотерапии получило психодинамическое направление, которое рассматривало действия участников групп в русле психоаналитической теории и ввело понятие катарсиса. Наиболее известными представителями психодинамического направления являются Джери Сэлкин, автор метода «тело-эго», Альберт Пессо, разработавший психомоторный тренинг, и Пэнни Бернштейн, который использует танцевальный ритуал, а также теорию Юнга и гештальт-подход для помощи клиентам в преодолении кризиса возрастного развития. Опираясь на функции первобытного ритуала, в первую очередь на функцию индивидуализации, в безопасной обстановке группы П. Бер­нштейн создает критические ситуации, дающие личности опыт преодоления, борьбы, координации с другими и противопостав­ления себя другим.

В целом в американской танцевальной психотерапии выделяется два основных направления: психодинамическое и непсиходинамическое. Между первым и вторым направлениями много общего. И тот, и другой подход используют танец как средство самовыражения и об­щения, и в том и в другом подходе apriori считается, что манера и характер движений отражают личностные особенности человека. Отличие этих подходов - в «интерпретативном» характере психо­динамического подхода и в расстановке акцентов. Если в психоди­намическом направлении основная работа сосредоточена на отреагировании подавленных чувств и отношений, на повторном переживании последовательных этапов развития и т. д., то в непсиходинамическом подходе акцент ставится либо на развитии экспрессивного репертуара, либо на свободном выражении чувств в за­висимости от теоретических взглядов танцевального терапевта.

В Германии наиболее известна теоретическая концепция и гуманноструктурированная танцевальная терапия (HDT), созданная Понтером Аммоном, которая базируется на по­зитивном определении бессознательной личности и на теории мно­гомерной личности с интегрированными измерениями в здоровье и дезинтегрированными - в болезни. Для Г. Аммона цель терапии - в интеграции различных измерений личности в тождественность человека. Её фундаментальными аспектами являются: индивидуальный спонтанный танец, выражающий внутрен­нее состояние; коммуникация через тело и движение танцора; обратная связь группы, данная танцору после его танца. В пределах группы танцор «переживает» свое тело, выражая себя в танце посредством языка тела, осуществляет контакт как с самим собой, так и с группой, что имеет громадный творческий, интегративный и излечивающий эффект не только для самого танцора, но и для группы. Цель HDT достигается с помощью следующих мето­дических приемов: одинокий, отдельный, обособленный (single) спонтанный танец, выбор одежды для танца, танец с использовани­ем музыки или без неё, танец с использованием барабана, медита­ция в группе в начале и медитативный танец в конце сессии.

Танцевально-двига­тельная терапия (DMT) в Великобритании возникла на совершенно иной, чем американская, почве и поэтому вынуждена была решать на ранних этапах своего становления иные задачи. Она определила свой статус как отдельная дисциплина, найдя своё место между физиотерапией и трудотерапией. Сегодня танцевально-двигатель­ная терапия является одним из видов арт-тера­пии, имеющим свои собственные валидные обучающие процедуры, супервизирование профессиональной практики и свое научное исследование.

Главными элементами DMT являются: личность (терапевта, клиента), психотерапевтический процесс и движение как фор­ма невербальной коммуникации. X. Пейн подчеркивает, что катарсическая природа танца освобождает напряжение, вызванное стрессом, принося облегчение. Танцевальное движение является приносящим удовольствие расходом энергии, в отличие от обыч­ных движений, которые являются релаксацией и сублимацией. Эту идею X. Пейн подтверждает многочисленными исследованиями, которые показали, что: во-первых, эндорфины, производимые мозгом во время танца, могут понизить болевые ощущения, действуя как транквилизатор; во-вторых, энергичная активность приводит к ослабле­нию сильных отрицательных эмоций; в-третьих, разрядка напряжения пос­ле двигательных упражнений длится дольше, чем после медитации; в-четвёртых, уменьшение тревожности в танцевальных группах было значи­тельнее, чем в спортивных и музыкальных группах. Поэтому DMT предпочтительна в лечении стресса и ряда психосоматических нарушений.

Ещё одной особенностью танцевально-двигательной терапии в Великобритании является то, что она не отрицает взаимосвязи между характеристиками движений и личностными пе­реживаниями.

Так, в исследовании X. Пейн было показано, что при работе с детьми и подростками, характеризующимися аутизмом, психотическими нарушениями, делинквентным поведением, основ­ной целью терапии явилось вовлечение их в творческий, строящий взаимоотношения опыт. Она пишет, что опыт синхронного танца с целой группой даст чувство совместности, принадлежности, являю­щееся терапевтическим для данного контингента участников. Также, кроме синхронного танца с группой, X. Пейн был использован метод совместного движения с терапевтом (следование по пятам, подража­ние, отзеркаливание) и техника подстрочного комментария к движе­нию, которая побуждала детей говорить о том, что они чувствуют, спо­собствуя установлению контакта с самим собой и с другими.

Ж. МакДональд в работе с «ограниченными» пациентами также сосредоточила терапевтические цели на гармоничном совместном движении. Она подчеркивает, что танец, как ритмическое движение, дает опыт структуриро­вания пространства и собственных движений, координации с другими. Танец и движе­ние позволяют таким клиентам получить доступ к своим чувствам и, наоборот, через определенные, заданные структуры движений пережить определенные чувства; в-третьих, танец, который с успе­хом может осуществить человек с ограниченными умственными способностями, является для него своеобразным опытом успешно­го действия, способом развития самоэффективности.

Э. Ноак разрабатывает юнгианский подход в DMT, делая акцент на исследовании сознательных и бессознательных аспектов отно­шений и взаимоотношений личности, проявляющихся в движении и танце. Особое значение она придает круговому танцу. Э. Ноак приписывает раннему круговому танцу функции сохранения, выживания, целостности рода. Интерпретируя круговой танец как алхимическое превращение (по К. Юнгу), она рассматри­вает его как священный акт, помогающий личности увеличить чув­ство контроля и уверенности. В греческом же танце она видит ми­фологическую основу и божественную энергию.

Б. Микумс в работе, посвященной коррекции нарушенных отношений в диаде «мать-ребенок», сообщает о значительном улучшении взаимоотношений в парах после курса DMT (возникновение чувств открытости, развитие более позитив­ного отношения ребенка к матери и т. д.). Теоретической основой ее работы явилась «концепция диалога», а основными целями - поощрение детско-материнских интеракций, осознание межличност­ных образцов поведения, демонстрация позитивных отношений, обучение матери следовать за ребенком (а не вести), развитие спо­собности матери защищать ребенка. Б. Микумс использует диадный танец матери и ребенка как спо­соб диагностики и коррекции контроля, заботы, эмпатии, взаим­ной идентификации, стиля взаимодействия.

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что в со­временной танцевальной психотерапии происходит перенос акцента с использования танца как средства психофизической регуляции на его использование как средства установления, поддержания и кор­рекции межличностных отношений.

Танцевальная терапия возникла из объе­динения современного танца с существующими теориями личнос­ти, группы и психотерапии, но на сегодняшний день единой теории танцевальной терапии не существует.


Библиографическая ссылка

Жаворонкова И.А., Некрасов А.С. ТАНЦЕВАЛЬНО - ДВИГАТЕЛЬНАЯ ТЕРАПИЯ // Успехи современного естествознания. – 2005. – № 5. – С. 20-23;
URL: http://natural-sciences.ru/ru/article/view?id=8434 (дата обращения: 20.10.2019).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.074