В течение XIX–XX веков ландшафты степной зоны Европейской России (СЗЕР) подверглись мультиэтапному и широкомасштабному развитию сельского хозяйства, испытав негативное воздействие, связанное с аграрно-хозяйственной деятельностью. Развитие отраслей АПК происходило наряду с организацией гидротехнических объектов, формированием транспортных коммуникаций, созданием новых селитебных территорий. Значительные площади степных и лесостепных территорий оказались востребованы под развитие добывающих отраслей народного хозяйства и обеспечение переработки и транспортировки минерального сырья и энергоресурсов. При интенсивном формировании узловых элементов и сетей социально-экономического каркаса параллельное формирование природоохранного каркаса, призванного обеспечить устойчивое развитие территорий, заметно запаздывало. В результате утраты во многих степных регионах культуры планирования и землеустройства территорий всё это привело к возникновению на территории степной зоны от Чёрного моря до Уральских гор большого числа проблем, связанных с нерациональным использованием природных ресурсов.
Цель исследования
Провести анализ современного состояния и выявить особенности структуры земельного фонда и сельскохозяйственных угодий регионов степной зоны европейской части России, дать характеристику показателям неиспользования земель, выявить основные причины возникновения невостребованного земельного фонда и предложить варианты повторного вовлечения земель в социально-экономическое развитие территорий.
Материалы и методы исследования
Выделяя территорию степной зоны европейской части России, мы рассматриваем 10 субъектов РФ расположенных в четырех федеральных округах: Краснодарский край, Ставропольский край, Ростовская область, Республика Калмыкия, Волгоградская область, Белгородская область, Воронежская область, Саратовская область, Самарская область, Оренбургская область. В этих границах общая площадь исследуемого мезорегиона, в котором проживают почти 27 млн человек (18,4 % численности населения РФ), составляет около 0,8 млн км2 (около 5 % площади территории страны). Масштабность экономических и социальных процессов трансформации рассматриваемого мезорегиона на протяжении XX века усугубилась возникновением экологических угроз и проявлением проблем связанных с особенностями развития степного пространства в условиях активного сельскохозяйственного освоения и развития экстенсивного животноводства.
В 1990-х гг. экономический кризис способствовал некоторому снижению антропогенной нагрузки на степные экосистемы, связанному с сокращением сельскохозяйственного использования территорий. Но, к сожалению, в полной мере воспользоваться сложившимися условиями для формирования симметричного природоохранного каркаса и создания устойчивой модели развития альтернативных видов степного природопользования в регионах не смогли [1].
В настоящее время в большей части рассматриваемых субъектов наряду с возобновлением масштабной распашки степных территорий набирают силу экзогенные процессы и пастбищная дигрессия. Вопросы устойчивого сельскохозяйственного освоения и использования территории СЗЕР становятся ещё более актуальными в рамках возрастающего значения степного пространства в обеспечении продовольственной безопасности страны в условиях санкций и геополитических конфликтов. Рассматриваемый мезорегион, граничащий на западе с Украиной, на востоке с Республикой Казахстан, а на юге с приграничными регионами Северного Кавказа, территориально располагается в непростом геополитическом пространстве. В связи с этим необходимость исследования эффективности использования земельного фонда, решения вопросов оптимизации структуры сельскохозяйственных угодий, решение проблемы образования неиспользуемых земель и поиск устойчивых форм степного природопользования на территории субъектов этого важного для страны субрегиона, обладающего значительным природно-ресурсным и демографическим потенциалом, давно назрела.
На 1 января 2016 г. площадь земельного фонда исследуемой территории в соответствии с данными Росреестра составила 788,1 тыс. км2, из них земли сельскохозяйственного назначения занимают 655,7 тыс. км2 (83,2 %) (рис. 1). Земли этой категории выступают основным средством производства в сельском хозяйстве, в связи с этим нуждаются в мероприятиях обеспечивающих сохранение экономически эффективных сельскохозяйственных территорий, повышение плодородия почв и предотвращение развития негативных почвенных процессов (почвенная эрозия, загрязнение, истощение и подкисление, осолонцевание, деградация минеральной основы, обеднение минеральными веществами и дегумификация).
Рис. 1. Структура земельного фонда регионов СЗЕР в 2015 г. [2, 3]
Наибольшие площади сельскохозяйственных земель среди исследуемых субъектов на 1.01.2016 г. отмечаются в Оренбургской (10,9 млн га), Волгоградской (9,1 млн га), Ростовской (8,8 млн га) и Саратовской (8,6 млн га) областях (рис. 2, а). По относительному показателю доли сельскохозяйственных земель в общей площади субъекта лидируют Республика Калмыкия (92,6 %), Ставропольский край (92,3 %), Оренбургская (88,3 %), Ростовская (87,5 %) и Саратовская области (84,9 %) (рис. 2, б).
Рис. 2. Земли сельскохозяйственного назначения мезорегиона СЗЕР: а) структура по субъектам; б) доля в структуре земельного фонда субъектов [2]
Суммарная площадь территорий занятых под сельскохозяйственные угодья в границах исследуемых субъектов в 2016 г. составила 63,7 млн га. Это почти 1/3 всех сельскохозяйственных угодий России! В структуре сельскохозяйственных угодий мезорегиона наибольшую долю занимает пашня (63,3 %) суммарной площадью по 10-ти субъектам – 40,3 млн га (34,7 % от всех пахотных земель РФ) (рис. 3, а). Наибольшие площади пастбищных земель, основу которых составляют кормовые угодья степных и полупустынных ландшафтов, сосредоточены в Республике Калмыкия (5343,6 тыс. га) и Оренбургской области (3980,6 тыс. га).
Рис. 3. Структура сельскохозяйственных угодий: а) мезорегиона степной зоны Европейской России; б) в разрезе субъектов СЗЕР [2; 4]
Результаты исследования и их обсуждение
Одной из ключевых задач в стратегии пространственного развития степных и постцелинных регионов европейской части России является решение проблемы образования фонда неиспользуемых земель. На территории мезорегиона степной зоны Европейской России в 2015 г. земли общей площадью более 4,7 млн га считались неиспользуемыми. С одной стороны, показатель неиспользуемых сельскохозяйственных земель – 7,5 % (таблица) может показаться не таким уж и высоким на фоне соответствующих показателей по Сибирскому федеральному округу (27,3 %).
Однако по абсолютному значению эта территория сравнима с площадью таких стран, как Эстония, Дания или Нидерланды. В структуре земель сельскохозяйственного назначения наибольшие площади неиспользуемых земель из рассматриваемых субъектов РФ сосредоточены в Волгоградской и Оренбургской областях, неиспользуемой пашни – в Республике Калмыкии, Волгоградской, Оренбургской и Саратовской областях (рис. 4).
Неиспользуемые земли сельскохозяйственного назначения в регионах степной зоны Европейской России в 2015 г. [2]
Рис. 4. Неиспользуемые земли по регионам степной зоны Европейской России в 2015 г.
Конечно, среди причин выбытия сельскохозяйственных угодий из сельскохозяйственного оборота есть напрямую не связанные с утратой ими сельскохозяйственной ценности и продуктивности. Например, развитие пригородных территорий крупных городов иногда требует перераспределения земель по категориям. Однако в значительной мере такие потери сельскохозяйственных угодий возникают из-за развития негативных процессов:
– миграция сельского населения (увеличение числа заброшенных населённых пунктов);
– отсутствие технических и финансовых ресурсов для ведения эффективного сельскохозяйственного производства;
– неиспользование (или использование с нарушением законодательства РФ) сельскохозяйственных земель недобросовестными правообладателями и т.д. [5, 6].
Казалось бы, процесс выбытия земель из сельскохозяйственного оборота является положительной тенденцией с экологической точки зрения – прекращается хозяйственная деятельность, степная растительность восстанавливается, создаются условия для восстановления биологического разнообразия и т.д. [7]. Но без проведения мероприятий по рекультивации таких территорий они зарастают древесно-кустарниковой растительностью, подвергаются негативному воздействию эрозионных процессов. Такие земли нередко представляют собой источники негативного воздействия на окружающую среду, очаги нарушения почвенно-растительного покрова и гидрологического режима, а в окрестностях заброшенных сёл и хозяйственных комплексов – ареалы развития формы антропогенного рельефа [8, 9].
Под действием естественных и антропогенных факторов интенсивное освоение земельных ресурсов регионов степной зоны европейской части России на современном этапе развития народного хозяйства привело не только к ухудшению состояния почвенного покрова. Возник целый ряд экологических проблем, связанных с эскалацией процессов деградации степных экосистем. Негативные последствия охвативших регионы исследуемой территории в прошлом веке глобальных государственных проектов сегодня проявляются в депопуляции населения. Всё это происходит на фоне значительного уменьшения качественных и количественных показателей водных ресурсов, сокращения биологического разнообразия и т.д. [10, 11].
По данным Счётной Палаты РФ более 56 млн га земель сельхозназначения по целевому назначению не используются [12]. Сегодня земельным законодательством предусматривается механизм изъятия у собственников или арендаторов неиспользуемых в течение трех лет по целевому назначению земель. Вместе с тем без комплексного подхода решить проблему формирования фонда неиспользуемых земель крайне сложно. Как ни парадоксально, в степной зоне России и её европейской половине в частности возникла необходимость повторного освоения территорий, вовлечения в хозяйственный оборот земель или поиск альтернативных вариантов природопользования. В этой связи, территории ключевых регионов степной зоны (такие как Ростовская, Саратовская и Оренбургская область) могут стать модельными районами апробации методик рационального и эффективного вовлечения в оборот выбывших сельскохозяйственных угодий, развития альтернативного природопользования, формирования агростепи, организации новых категорий ООПТ в форме узловых и линейных элементов экологического каркаса СЗЕР. В этой связи особую актуальность приобретает изучение и создание базы данных сохранившихся степных эталонов и находящихся в стадии самореабилитации фрагментированные участки залежей 1990-х гг.
Процесс восстановления экономической ценности и сельскохозяйственной продуктивности земель сложный и длительный. Он должен вестись наряду с развитием опорного каркаса территории с симметричным развитием природоохранного каркаса, в котором ядрами выступали бы заповедники и национальные парки, а природные парки и охраняемые природные объекты образовывали бы непрерывную магистральную сеть экологических коридоров. Перефразируем классическое определение Н.Н. Баранского: заповедные территории плюс экологические коридоры – это каркас, это остов, на котором всё держится... (у Н.Н. Баранского: «...города плюс дорожная сеть – это каркас, это остов, на котором всё держится...») [13]. Основные задачи научного сообщества в развитии столь обширного и важного региона России нами видятся в выработке парадигмы применения методологических подходов каркасного территориального планирования, в выявлении перспектив организации непрерывных экологических сетей и в разработке предложений по оптимизации и модернизации системы природопользования на различных уровнях организации территории.
Исследование выполнено при финансовой поддержке гранта РНФ 17-17-01091 «Стратегия пространственного развития степных и постцелинных регионов Европейской России на основе каркасного территориального планирования и развития непрерывных экологических сетей» (АААА-А17-117041310142-3).
Библиографическая ссылка
Чибилёв А.А. (мл.) СТРУКТУРА ЗЕМЕЛЬНОГО ФОНДА И ОБРАЗОВАНИЕ НЕИСПОЛЬЗУЕМЫХ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ ЗЕМЕЛЬ В РЕГИОНАХ СТЕПНОЙ ЗОНЫ ЕВРОПЕЙСКОЙ ЧАСТИ РОССИИ // Успехи современного естествознания. – 2017. – № 10. – С. 127-133;URL: https://natural-sciences.ru/ru/article/view?id=36572 (дата обращения: 17.08.2024).